01Что известно и чего нет

Любой анализ бизнеса опирается на четыре базовых показателя: число предприятий, ВВП, население и занятость. От того, есть ли по ним свежие данные, зависит, насколько твёрдо можно судить об остальном, поэтому мы начинаем именно с этого. Официальных данных о числе предприятий, ВВП, населении и занятости после 2021 года в открытом доступе нет: публикации Госстата, Приднестровского республиканского банка (ПРБ) и Министерства финансов ПМР обрываются на 2021–2022 годах. Свежими остаются только таможенная статистика Государственного таможенного комитета (ГТК) ПМР и сводки Минэкономразвития ПМР о макропоказателях 2025 года, но и в них нет данных по отдельным предприятиям. Поэтому мы разделили источники по уровням надёжности (табл. 1): от свежих официальных данных до пересказов в СМИ. Запросы в ведомства ПМР мы не направляли, отчёт опирается только на открытые данные.

Главное ограничение отчёта в том, что чем подробнее вопрос (сколько организаций, какого размера, где, кто руководит), тем менее надёжные источники нам остаются; это видно по таблице 1. Каталог pmr.md и список участников фонда «Вместе ПМР» мы используем только по прямому назначению: первый показывает видимую часть бизнеса, второй подтверждает, что названные в нём организации действуют. Суммы взносов мы не используем как признак размера или финансового состояния организаций.

В тексте и таблицах мы используем четыре пометки. «Расчёт автора» — наша экстраполяция, всегда в виде диапазона; «оценка источника» — чужая оценка, методику которой не раскрыли; «в пересказе» — данные, которые известны только из СМИ и аналитических материалов; «гипотеза» — вывод, который данными не подтверждён. Читать отчёт удобнее как одну цепочку: сначала шок 2025 года, который виден лучше всего, затем отрасли и торговля, через которые он прошёл, затем бизнес, который его пережил, и наконец налоги, которые задают условия работы на ближайшие годы.

Вывод по разделу 1. Надёжны только таможенная статистика и сводки Минэкономразвития ПМР за 2025 год. Число, размер и расположение предприятий мы оцениваем по косвенным признакам, и такие цифры в отчёте помечены.

02Шок 2025 года и экономика сегодня

Анализ начнём с главного события последних лет: именно его описывают свежие официальные данные. Остановка транзита российского газа в январе 2025 года вызвала худший кризис региона за 25 лет (оценка кишинёвского аналитического центра IDIS Viitorul). За год объём производства снизился на 19,2% (табл. 2). Уже 2 января 2025 года остановились все промышленные предприятия, кроме пищевых, а в январе–феврале промышленное производство упало на 52,2% к тому же периоду 2024 года (заявления руководства ПМР).

2.1. Размер спада

Размер спада 2025 года зависит от того, что именно измеряют и кто сообщает цифру: промышленность, объём производства, ВВП и налоги упали по-разному. Все опубликованные оценки мы свели в таблицу 2.

Оценки спада (табл. 2) расходятся от −18% до −27%, и объясняется это просто: источники считают разное. Одни берут реальный выпуск (с поправкой на цены), другие номинальный (в текущих ценах), одни только промышленность, другие всю экономику. Проще говоря, «объём производства» показывает, сколько предприятия произвели, «доходы от реализации» — сколько они выручили от продаж, ВВП — сколько всего произвела экономика, а «налоговые поступления» — сколько собрал бюджет. Базой мы берём −19,2%: это итог года из сводки Минэкономразвития ПМР. К нему близки обе оценки ВВП (−18% у IDIS Viitorul и почти −20% у премьер-министра): три источника с разной методикой сходятся примерно в одном диапазоне. Цифра −27% стоит отдельно: она относится только к промышленности, известна со слов премьер-министра, а расчёт не раскрыт, поэтому мы считаем её верхней границей для отрасли, а не общим итогом.

Выпуск упал сильно, а налоги — заметно меньше, и этот разрыв хорошо виден, когда все показатели спада сведены на одну шкалу (рис. 1).

Стоит обратить внимание на разрыв между выпуском и налогами (табл. 2, рис. 1). Выпуск за 2025 год сократился на 19,2%, а налоговые поступления — только на 8,8%, то есть в 2,2 раза меньше. Бюджет потерял заметно меньше, чем производство: государство стало забирать с каждого рубля выпуска больше, и налоговая нагрузка на предприятия, которые сохранили работу, выросла (вывод автора). К этому добавилась инфляция: за 2025 год она составила 14,68% (декабрь к декабрю), а средняя зарплата (без малых предприятий) выросла лишь на 7%, с 7 359 руб. (январь–ноябрь 2025) до 7 892 руб. (февраль 2026). Периоды разные, поэтому сравнение грубое, но направление ясно: реальная зарплата снизилась примерно на 7% (расчёт автора).

Прогноз Минэкономразвития ПМР на 2026 год не обещает реального роста экономики, а рост промышленности допускает лишь при стабильном газе (до 15%). Он опубликован в июне 2025 года и не учитывает введение молдавского НДС на таможне, поэтому как ориентир на 2026 год он устарел.

Все эти цифры показывают спад в процентах. Чтобы понять, от какого уровня он отсчитывается, нужно знать ВВП, население и занятость до шока, но именно по ним официальные ряды обрываются.

2.2. Чего мы не знаем: ВВП, население, занятость

Прежде чем двигаться дальше, обозначим границы того, что известно. Где официальные ряды обрываются и чем мы закрываем пропуски, собрано в таблице 3.

Особенно широк диапазон по ВВП (68–85%): причина в двух пропущенных годах (2022–2023), за которые возможно отклонение и вверх, и вниз. IDIS Viitorul оценивает ВВП на душу населения за 2025 год в 3,8 тыс. $ (против 8,4 тыс. $ в правобережной Молдове). Мы эту цифру не сопоставляем с данными Госстата и не считаем ростом с 2,6 тыс. $ (официальные данные 2021 года) до 3,8 тыс. $: методика IDIS не раскрыта, а сам спад 2025 года подтверждают несколько источников.

Отсчитывать спад приходится от 2021 года: это последний год, по которому есть официальные данные о ВВП. Но как точка отсчёта он неудачен: ВВП тогда вырос на 25,3% (доля сельского хозяйства 12,9% против 2,6% в 2020 году), рентабельность выросла с 4,0% до 8,4%, а Госстат пересматривает данные задним числом (ВВП 2020 года вырос с 13 903,9 до 14 528,5 млн руб., +4,5%). К этому добавляется малый размер рынка: население невелико (463,6 тыс. человек на 1 января 2022 года) и сокращалось ещё до шока, поэтому внутренний рынок небольшой. Чтобы понять, из чего складывался ВВП 2021 года, обратимся к структуре промышленности.

2.3. Отрасли: на чём держалась экономика

От общих цифр перейдём к отраслям. Промышленность держалась на двух отраслях: электроэнергетика и чёрная металлургия давали 62,0% стоимости промышленной продукции в 2020 году и 68,0% в 2021 году (в 2014 году 60,8%). Значит, выпуск держался на этих двух отраслях постоянно, а не только в 2021 году (табл. 4, рис. 2).

Показателен сдвиг структуры (рис. 2): чёрная металлургия выросла с 29% до 41% выпуска, электроэнергетика снизилась с 33% до 27%, и структура сузилась ещё до шока.

Доля отрасли показывает вклад в стоимость произведённой продукции в текущих ценах, а не в прибыль или занятость. Поэтому по ней нельзя судить ни о доходности отрасли, ни о числе рабочих мест. Мы приводим её для другого: она показывает, насколько выпуск держится на нескольких отраслях, а значит, остановка любой из них сильнее всего бьёт по всей промышленности. Рост выпуска в 2021 году на 4,5 млрд руб. примерно на три четверти обеспечила чёрная металлургия (расчёт автора), так что накануне шока структура не только была узкой, но и стала ещё уже. Обе ведущие отрасли зависят от газа и импортного сырья, поэтому остановка транзита сильнее всего ударила именно по ним. При этом промышленность давала лишь 19,4% рабочих мест, как и торговля с общепитом, поэтому по занятости удар, вероятно, оказался слабее, чем по выпуску и экспорту (гипотеза: данных о занятости после 2021 года нет). Потери 2025 года по отраслям (рис. 3) относятся к разным периодам, поэтому складывать их в новую структуру нельзя: мы оцениваем только направление сдвига.

Важно, что заявленные потери 2025 года пришлись на опорные отрасли (рис. 3). В начале года химическая промышленность потеряла 91%, чёрная металлургия 87%, к маю электроэнергетика 51,5%, а пищевая почти не пострадала (−5%). Цифры относятся к разным месяцам, поэтому их нельзя ни складывать, ни сравнивать с годовым итогом по промышленности (−27%).

Пищевая промышленность потеряла лишь около 5% и, вероятно, увеличила свою долю. Лёгкая промышленность — случай, где данные не сходятся. По заявлениям руководства, в начале 2025 года она потеряла 73,5% выпуска, а швейная отрасль по итогам всего года, наоборот, выросла более чем на 30%. Таможня картину не проясняет: за январь–август 2026 года экспорт одежды упал на 44%, зато экспорт текстильных изделий вырос на 28% (раздел 3). Аграрный сектор меньше других зависит от газа, но опирается на государство: в 2020 году он получил 34,8% корпоративных кредитов, а 80 из 109 организаций в программах субсидирования ставок были аграрными. Отраслевые оценки остаются заявлениями руководства, и проверить их можно только по таможне: она показывает, что реально ушло за границу и что пришло из-за границы.

Вывод по разделу 2. В 2025 году производство снизилось на 19,2%, а налоговые поступления лишь на 8,8%, поэтому нагрузка на работающие предприятия, по нашей оценке, выросла. Спад пришёлся на опорные отрасли (металлургию, химию, электроэнергетику), а пищевая промышленность почти не пострадала (−5%). Каким был размер экономики до шока, мы можем назвать лишь в широком диапазоне.

03Внешняя торговля: январь–август 2026 к 2025

Перейдём от заявлений к фактам. Потери отраслей, о которых заявляло руководство ПМР (рис. 3), можно проверить таможенной статистикой: она показывает, как на деле изменились экспорт и импорт. Внешнеторговый оборот, то есть экспорт плюс импорт, вырос на 4%: с 1 097,2 до 1 145,1 млн $ (табл. 5, рис. 4). Но это не признак оживления. Импорт вырос на 11% (с 824,4 до 917,6 млн $), а экспорт упал на 17% (с 272,8 до 227,5 млн $). Весь прирост оборота дал импорт топлива: он увеличился на 76,1 млн $ (с 392,3 до 468,4 млн $), а оборот в целом вырос только на 47,9 млн $. Если исключить топливно-энергетические товары (и из импорта, и из экспорта), оборот не вырос, а снизился на 2%: с 692,8 до 676,7 млн $. Это самый подробный из свежих официальных рядов, поэтому изменения здесь видны точнее, чем по любым другим данным отчёта. Источник: данные ГТК ПМР за январь–август, значения в млн $, файл от 10 сентября 2026 года.

Наглядно расхождение видно на рисунке 4, где все показатели даны в процентах к январю–августу 2025 года: импорт идёт вверх, экспорт вниз, и разрыв между ними раскрывается, как ножницы. Поэтому оборот увеличился всего на 4%, а разрыв между импортом и экспортом стал заметно шире.

Дефицит, то есть превышение импорта над экспортом, вырос на четверть (табл. 5): с 551,6 до 690,1 млн $. Импорт увеличился, а экспорт в то же время сократился. Яснее всего это видно по соотношению экспорта и импорта: в 2025 году на каждый доллар импорта приходилось 33 цента экспорта, в 2026 году только 25. Почти весь прирост импорта дало топливо: из 93,2 млн $ прироста на него пришлось 76,1 млн $, около 82% (расчёт автора). Топливо (минеральное топливо, включая газ и нефтепродукты, товарная группа 27) составляет половину импорта, и без него экономика не обойдётся. Остальной импорт вырос лишь на 4%, с 432,1 до 449,2 млн $.

Как менялся экспорт по направлениям и какую долю занимает каждый рынок в 2026 году, показывает таблица 6: изменение дано к 2025 году (ЕАЭС — Евразийский экономический союз, куда входит Россия).

Для каждого направления даны оба периода, а справа — изменение и доля в экспорте 2026 года (рис. 5).

Главный вывод: в 2026 году экспорт упал почти по всем направлениям, а доля Молдовы выросла только потому, что остальные рынки сократились сильнее (табл. 6). Покажем это на трёх примерах.

• Молдова. Молдова остаётся крупнейшим покупателем приднестровских товаров: на неё приходится 53,2% всего экспорта, год назад было 49,3%. Но продаж в Молдову стало не больше, а меньше: экспорт туда снизился на 10%, со 134,4 до 120,9 млн $. Доля выросла лишь потому, что экспорт в другие страны упал сильнее.
• Евросоюз. Экспорт в ЕС сократился на треть: со 100,3 до 67,6 млн $, то есть на 32,7 млн $. Почти весь спад дали металлы: их поставки в ЕС упали с 66,8 до 38,3 млн $, это минус 28,5 млн $, или около 87% всего снижения (расчёт по данным ГТК). Остальные товары упали гораздо слабее: с 33,5 до 29,3 млн $ (около −13%), а текстиль даже вырос с 8,7 до 11,5 млн $ (+32%). Из трёх крупнейших стран ЕС растёт только Италия (+9%). Спад в ЕС — это прежде всего спад металлов, а не всего ассортимента.
• Зависимость от Молдовы. Доля Молдовы в экспорте была 42,9% в 2020 году и 31,8% в 2021 году (данные за эти годы), а в январе–августе 2026 года стала 53,2% (периоды разной длины, поэтому сравнение приблизительное). Сейчас зависимость от молдавского рынка выше, чем до шока.

Откуда взялся спад экспорта, хорошо видно по товарным группам на рисунке 6: падение сосредоточено в металлах и электроэнергии, а продовольствие и сырьё выросли.

Спад экспорта на 45,3 млн $ (рис. 6) почти целиком складывается из металлов (−33,4 млн $) и электроэнергии (−12,0 млн $); её прежде продавали в Молдову. Продовольствие и сырьё, напротив, выросли на 6%, а поставки в Молдову выросли на 14% (с 61,3 до 69,8 млн $). Это согласуется с тем, что пищевая промышленность оказалась устойчивее остальных.

Импорт по странам происхождения (рисунок 7) читается с одной оговоркой: в таможенных данных страна происхождения часто не указана (строка «Неизвестна»), и эта строка больше любой реальной страны. Поэтому доли стран нужно считать с поправкой, которую мы делаем ниже.

В импорте (рис. 7) видна другая странность: почти половина, 47,9% (439,2 млн $), пришла в 2026 году без указания страны происхождения (в таможенном файле она значится как «Неизвестна»). Из этой суммы 438,5 млн $ составляет топливо, то есть 94% топливного импорта. Прямой импорт из России при этом упал на 69% (с 97,7 до 30,3 млн $). Это похоже на поставки газа через посредников, при которых страна происхождения не указывается; прямо файл этого не подтверждает. Поэтому доли стран нужно считать не от всего импорта, а от импорта с указанной страной: в 2026 году это 478,4 млн $, и топлива в нём почти нет. Так доля ЕС составляет 32,6% (в 2025 году 34,7%), Молдовы 20,1% (19,0%), Украины 15,9% (12,4%), ЕАЭС 10,3% (20,3%) (расчёт автора). От всего импорта доля ЕС выглядит как 17,0% против 23,7% годом ранее, но это занижение из-за строки «Неизвестна»: на деле доля ЕС почти не изменилась, а в долларах поставки из ЕС сократились на 20% (с 195,6 до 155,8 млн $). Заметнее всего изменилась доля ЕАЭС: она упала вдвое.

Три цифры этого раздела читаются только с оговорками, и таблица 7 показывает, с какими.

По нашему расчёту экспорт 2026 года окажется ниже любого из трёх предыдущих лет: 2020 (632,5 млн $), 2021 (938,7) и 2025 (436). Прежде чем делать выводы для ЕС, нужно выяснить, какова доля ЕС на самом деле: оценки расходятся от 30% до 83%.

Вывод по разделу 3. В январе–августе 2026 года экспорт упал на 17% и составляет лишь 24,8% от импорта. Спад дали металлы и электроэнергия, продовольствие выросло, а доля Молдовы в экспорте поднялась до 53,2%: экономика сжалась и сместилась к Молдове. Остаётся выяснить, кто в этой экономике работает: сколько организаций, какого размера и где. Официальной статистики по этому после 2021 года нет.

04Кто в бизнесе: число, размер, места, люди

Единого реестра, по которому можно назвать число организаций, нет, поэтому мы считаем его двумя независимыми способами: один опирается на официальную динамику до 2020 года, другой на сопоставление двух неполных открытых списков. Оба способа дают примерно один результат: около четырёх тысяч организаций без учёта ИП.

4.1. Сколько организаций

Начнём с вопроса, сколько всего организаций в регионе. В таблице 8 подтверждённые данные Госстата отделены от наших оценок.

Где кончаются подтверждённые данные и начинаются наши оценки, видно на рисунке 8: это те же значения из таблицы 8, но столбцами. Серые столбцы — данные из внешних источников (Госстат ПМР за 2020 год, ASP за 2026 год). Синие — наши расчёты за 2025–2026 годы, и светлая часть столбца показывает, в каких пределах может быть число. Разброс у наших оценок большой, например 3 700–4 600 организаций без ИП, поэтому число организаций мы называем только приблизительно.

Последняя подтверждённая цифра по малым организациям относится к 2020 году (табл. 8, рис. 8), и по ней виден тренд — число малых организаций сокращалось: 4 865 в 2009 году, 4 337 в 2014 году, 3 924 в 2020 году (−9,5% к 2014 году). Число ИП в те же годы росло: 24 013 в 2018 году, 26 582 в 2019 году, 27 469 в 2020 году (+14%). Вероятно, малые юридические лица закрываются или переходят в ИП, потому что патент и упрощённая система налогообложения дешевле и проще.

Второй способ опирается на два открытых списка организаций, и каждый из них показывает лишь часть картины. Неофициальный каталог pmr.md (март 2026 года) содержит 826 компаний. Он показывает видимую часть бизнеса: в каталоге размещаются те, кто сам захотел, поэтому торговля и Тирасполь представлены в нём сильнее, а крупные предприятия и ИП слабее.

Список участников фонда «Вместе ПМР» (vmeste.gospmr.org) называет 700 юридических лиц. Он подтверждает, что названные в нём организации действуют; размер взносов мы не читаем как признак размера или финансового состояния. Дата выгрузки списка в исходных материалах не указана.

Чтобы использовать оба списка вместе, мы сопоставили их: сколько организаций значится и там, и там, показывает таблица 9.

Списки почти не пересекаются (рис. 9). В обоих списках значатся только 125 организаций: это 17,9% участников фонда и 15,1% каталога. Большинство организаций есть только в одном из списков: 701 только в каталоге и 575 только в фонде. Значит, ни один список не охватывает весь бизнес, и поэтому мы объединяем оба.

Общих организаций у двух списков только 125 (табл. 9), поэтому каждый список неполон: многие организации не попали ни в один из них. Чем меньше общая часть, тем больше таких организаций, и по этой логике получается от 3 700 до 4 600 организаций без ИП. Разброс большой, потому что результат сильно зависит от размера общей части, и мы называем число только приблизительно: около 4 тыс.

Этот расчёт даёт приблизительную оценку, а не точное число, потому что списки не вполне независимы. Оба списка тяготеют к заметным и действующим компаниям, и это занижает оценку. Автоматическое сопоставление названий и множество организаций в каталоге, которые взносов в фонд не делают, наоборот, завышают её. Вывод: организаций в регионе несколько тысяч, а не десятки тысяч и не сотни. Независимой проверкой служит 2020 год: 3 924 малые организации и около 200 остальных, вместе около 4 100, что согласуется с нашей оценкой. Одно число организаций мало что говорит, поэтому дальше посмотрим, насколько они крупны и насколько устойчивы.

4.2. Малый бизнес: размер, отрасли, финансовый запас

Размер предприятия в ПМР определяет закон о развитии и государственной поддержке малого и среднего предпринимательства (редакция 2017 года, текст на 1 января 2018 года; более поздней редакции в открытых источниках найти не удалось). Категорию определяет более высокий из двух показателей: если по численности предприятие малое, а по доходу среднее, оно считается средним. Границы категорий приведены в таблице 10.

Здесь важны два отличия от европейских правил. Порог крупного предприятия в ПМР ниже европейского: свыше 100 работников. В ЕС же средним считается предприятие до 249 работников, поэтому многие приднестровские «крупные» предприятия по европейским меркам средние, и прямое сравнение с молдавской и европейской статистикой некорректно. Лимит дохода для малых предприятий тоже менялся: в публикациях Госстата за 2015–2017 годы он составлял 1,2 млн расчётных уровней, а в редакции закона 2017 года равен 2 млн, так что ряды до и после этого изменения несопоставимы.

В 2015 году 77% малых организаций работали в торговле и общественном питании, 9% в промышленности, 6% в строительстве и 5% в сельском хозяйстве, то есть малый бизнес региона — это прежде всего торговля. Финансового запаса у малого бизнеса почти нет: в 2020 году 43,3% малых и средних предприятий не получили положительного финансового результата, а убытки за 2016–2020 годы составили 113,6 млн руб. С 2026 года социальные платежи ИП на специальных режимах выросли на 62,5% (с 272 до 442 руб. в месяц), поэтому в 2026 году мы ожидаем сокращения числа ИП (вывод автора). Где расположен этот бизнес, показывает следующий подраздел.

4.3. Где расположен бизнес

Теперь о географии: где именно расположен бизнес. Распределение организаций по территориям показывает таблица 11, в которой сопоставлены данные Госстата за 2015 год и каталог pmr.md за 2026 год.

В 2015 году Тирасполь и Бендеры вместе давали около 61% малых организаций, в каталоге 2026 года около 81% (табл. 11). Каталог показывает Тирасполь и торговлю крупнее, чем они есть (в нём размещаются те, кто сам захотел), поэтому реальная концентрация лежит между этими двумя оценками. Свежих официальных данных по районам нет: последний срез Госстата относится к 2015 году. Карточки каталога без адреса (0,8%) в таблицу не вошли.

На уровне районов различия резкие. Рыбница держится на двух заводах: Молдавский металлургический завод (ММЗ) давал 81% промышленной продукции района в 2022 году, цементный комбинат 12,1%, а крупнейшими плательщиками в районный бюджет были ММЗ (63,2 млн руб.), цементный комбинат (22,9 млн руб.) и «Шериф» (17,6 млн руб.). В Тирасполе сосредоточены и промышленность, и предприниматели: в 2023 году город выпустил промышленной продукции почти на 7 млрд руб., а в 2025 году в нём было 7 830 ИП, на 1,5% больше, чем годом ранее. В Бендерах, по сообщению городской администрации, работают 33 промышленных предприятия. Число ИП в Бендерах называли дважды (5 464 в 2023 году и 2,6 тыс. в 2024 году), но эти цифры несопоставимы, поэтому по ним динамику оценить нельзя. О том, что малому бизнесу в Бендерах уже тяжело, говорит другая цифра: в 2024 году около 120 из 795 малых и средних организаций Бендер (около 15%) приостановили работу. По Дубоссарам и Слободзее данных мало, поэтому в сравнение они не вошли.

4.4. Крупные игроки и концентрация

Заводы, на которых держатся районы, составляют основу крупного бизнеса региона. Сводных данных о выручке и налогах предприятий нет: мы нашли лишь отдельные платежи в районные бюджеты и не нашли рейтингов налогоплательщиков за 2023–2025 годы. Поэтому о крупном бизнесе мы судим по официальному реестру доминирующих субъектов (табл. 12). В него входят организации, которые занимают доминирующее положение на рынке определённого товара, так что реестр показывает, на каких рынках мало поставщиков.

В редакции от 10 сентября 2026 года в реестре 85 организаций (87 записей: две организации указаны дважды). В производстве государственным является только одно предприятие из 42, а в услугах 18 из 43, это почти все похоронные службы, лифты, городской транспорт, почта, железная дорога, метрология и техническая инвентаризация. Среди ключевых имён Молдавский металлургический завод, Рыбницкий цементный комбинат, «Тиротекс», «Молдавкабель», «Электромаш», KVINT, «Букет Молдавии», Тираспольский молочный комбинат, «Интерднестрком», Приднестровская железная дорога и «Шериф» (в реестре только топливо). В 2026 году реестр пересматривали четыре раза (последний раз приказом № 956 от 10 сентября), так что картина подвижна.

Реестр показывает, где выбор контрагентов ограничен: сортовой прокат, цемент, электродвигатели и кабель, ключевые пищевые категории, связь, розничное топливо. Здесь стоит заранее проверять условия поставки и зависимость от одного источника. Шире всего представлена пищевая промышленность (16 организаций). Роль «Шерифа» шире строки в реестре: по оценке RISE Moldova в пересказе ESP.md (май 2026 года) сама компания даёт около 8% доходов бюджета, а весь холдинг до четверти; первичных данных о налогах отдельных компаний нет, поэтому это ориентир.

4.5. Руководители по полу

О руководителях по полу мы можем судить только по каталогу pmr.md, потому что официальной статистики нет (табл. 13).

Разрыв между группами нагляднее всего виден на рисунке 10: доля женщин среди директоров падает с 74% в некоммерческом и 68% в государственном секторе до 26% в коммерческих организациях.

За организациями стоят люди, и о них известно меньше всего. Официальной статистики о доле женщин среди руководителей, собственников и ИП в ПМР нет ни за один год, поэтому мы оценили её по каталогу, чтобы сопоставить регион с Молдовой. Общая цифра 40% (табл. 13) складывается из двух противоположных групп: в бюджетной сфере и некоммерческом секторе преобладают женщины, а в коммерческом бизнесе их лишь четверть. То же видно по отраслям: женщины возглавляют 81,5% организаций в образовании и 50,0% в финансах и праве, но лишь 15,7% в производстве и 8,0% в автомобильном бизнесе (отрасль определена автоматически). Для ориентира: в Молдове, по экспериментальным расчётам Национального бюро статистики (декабрь 2025 года), женщины возглавляют 3 из 10 предприятий, так что 25,8% в коммерческих организациях каталога немного ниже молдавского уровня. Переносить эти цифры на всю экономику нельзя: пол мы определяли по отчеству, директор указан лишь у 57,6% карточек, крупные предприятия и ИП в каталоге представлены слабо, а руководитель не равен собственнику.

Вывод по разделу 4. Организаций без ИП около 4 тыс., ИП 27,5–29,5 тыс.; малый бизнес — это прежде всего торговля, почти без финансового запаса. Бизнес сосредоточен в Тирасполе и Бендерах, а крупные районы держатся на одном-двух заводах. Реестр доминирующих субъектов (85 организаций) показывает, где выбор контрагентов ограничен: прокат, цемент, кабель, ключевые пищевые категории. Женщины возглавляют лишь около четверти коммерческих организаций каталога. Остаётся главное: на каких условиях эта экономика будет работать с внешними контрагентами. Решающим здесь становится молдавский налог.

05Налоговый перелом Молдовы и риски для бизнеса

Налоговая реформа Молдовы не меняет структуру приднестровского бизнеса, но меняет условия его работы с контрагентами: молдавский НДС и акцизы вводятся на таможне до продажи товара (с 1 июля 2026 года для части товаров, затем для всё более широкого перечня), а возврат налога экспортёрам деньгами (а не зачётом) планируется только с 2027 года, поэтому какое-то время предприятие фактически кредитует государство за свой счёт. Законопроект прошёл первое чтение в парламенте Молдовы 27 марта 2026 года. О том, что закон был принят окончательно весной 2026 года, сообщают «Известия» — российское издание, которое ЕС включил в санкционный список в 2024 году. Поэтому статус закона указан по сообщению этого издания. Хронология ниже (табл. 14) взята из нашей аналитической записки (апрель 2026 года), а не из текста закона.

Если расставить эти меры по датам, видно, как растягивается разрыв между уплатой налога и его возвратом: он открывается 1 июля 2026 года и закрывается не раньше 1 января 2027 года (рис. 11).

Самое уязвимое место хронологии (табл. 14, рис. 11) находится между 2026 и 2027 годами: налог уплачен в 2026 году, а деньгами вернётся не раньше января 2027 года, и условия взаимозачёта не определены. В Фонд конвергенции, задуманный как фонд для проектов в самом регионе, с 1 августа 2026 года направляются поступления от выравнивания приднестровских налогов с молдавскими, но порядок распределения средств пока не определён, и неясно, можно ли использовать их для пополнения оборотных средств предприятий. Оценки потерь от пошлин расходятся: более 13 млн $ в публикациях за 2024 или 2025 год и 166,7 млн леев (около 9–10 млн $) по расчёту на 2025 год. Поэтому множитель 19,8 (см. таблицу 14) — грубый ориентир.

Чтобы получить право на вычет, то есть зачесть НДС, уплаченный при ввозе, компания должна постоянно зарегистрироваться в Агентстве государственных услуг Молдовы (ASP), вести электронные накладные (система e-factura), ежемесячно до 25-го числа подавать декларацию TVA12 и нанять специалиста по молдавскому налоговому праву. Сама регистрация требует 1–2 месяцев ожидания записи, около 2 000 леев и подтверждённого юридического адреса на правом берегу Днестра. На 30 июня 2026 года постоянную регистрацию имели 461 из 2 492 приднестровских субъектов, зарегистрированных в Молдове (18,5%), временную — 2 031 (81,5%). За первое полугодие 2026 года постоянную регистрацию получили лишь 9 субъектов (временную — 17). Для остальных НДС при ввозе становится безвозвратным расходом. При таком темпе регистраций число компаний с правом на вычет быстро не вырастет.

Риск неодинаков для разных предприятий, поэтому разберём его по группам (таблица 15).

Тяжелее всего придётся тем, кто ввозит сырьё или товар, но не имеет права на вычет: для них налог превращается из транзитного платежа в прямые потери или в кредит государству на 6–9 месяцев (табл. 15). Все цифры в таблице — наши расчёты. В записке приведены также слова чиновников и бизнеса, но только в пересказе; там же сказано, что из-за налога промышленное производство может упасть до 30%.

Кроме налогов, риски создают зависимость от газа (топливо составляет 51% импорта, а страна происхождения в таможенных данных не указана), инфляция (14,68% в 2025 году) и режим чрезвычайного экономического положения. Он действует с декабря 2025 года и продлевается ежемесячно; по состоянию на 15 октября 2026 года последнее известное нам продление действует до 12 сентября 2026 года; о более позднем решении в открытых источниках сведений нет. Тем, кто работает с приднестровскими компаниями, также нужно проверять бенефициаров и санкционные ограничения: источники отмечают, что часть товаров ПМР Молдова классифицирует как товары двойного назначения.

Вывод по разделу 5. Молдавский налог превращает НДС из транзитного платежа в кредит государству: налог уплачивается на таможне в 2026 году, а деньгами вернётся не раньше января 2027 года. Тяжелее всего придётся предприятиям, которые ввозят сырьё или товар и не имеют права на вычет; такое право есть лишь у 18,5% приднестровских субъектов, зарегистрированных в Молдове. Общие выводы собраны в следующем разделе.

06Выводы для тех, кто работает с приднестровскими компаниями

Главный практический вывод для компаний из Молдовы и ЕС: устойчивее других оказалась пищевая промышленность. Самый тяжёлый риск нехватки оборотных денег несут предприятия, которые ввозят сырьё или товар и не имеют права на вычет НДС.

1. Экономика держится на немногих отраслях. Две отрасли давали 68% промышленного выпуска (2021), в реестре доминирующих субъектов 19 из 85 организаций государственные или муниципальные, а бизнес сосредоточен в коридоре Тирасполь–Бендеры; в районах экономика держится на одном-двух заводах, прежде всего в Рыбнице.
2. Точных чисел нет. Около 4 тыс. организаций без ИП и 27,5–29,5 тыс. ИП — это расчёты по неполным данным, а не официальные цифры; ВВП, население и занятость после 2021 года мы точно назвать не можем.
3. Внутренний рынок слабый. Объём производства упал на 19,2%, инфляция составила 14,68%, население сокращалось ещё до шока, поэтому перспективы лучше у тех, кто продаёт за пределы региона.
4. Торговля сместилась к Молдове. Молдова получает 53,2% экспорта, ЕС — 29,7%. Металлы упали на 39%, продовольствие выросло на 6%. Экспорт составляет теперь лишь 24,8% от импорта.
5. Налог — это вопрос оборотных денег. Полное выравнивание налогов с молдавскими намечено на 2030 год, возврат налога деньгами — на 2027 год, а право на вычет есть лишь у 18,5% приднестровских субъектов, зарегистрированных в Молдове.

Из этих выводов складываются возможные форматы сотрудничества, они собраны в таблице 16.

Все строки таблицы 16 — это гипотезы для проверки, а не выводы из данных: они показывают, где есть спрос (нехватка оборотных денег, требования молдавского учёта) и где есть работающий опыт (кластеры ПРООН). Перед тем как строить на них планы, нужно проверить три вещи: текст закона на сайте парламента Молдовы; методику расчёта доли ЕС в экспорте; контрагентов по доступным реестрам (для компаний с молдавской регистрацией это registrul.md, date.gov.md и платформа Datero.md; для остальных открытых реестров нет).

+Приложение. Расхождения в источниках и список источников

Выводы выше опираются на цифры, которые в разных источниках расходятся. Ниже в таблице 17 показано, где именно расхождения и какую цифру мы взяли, а затем перечислены источники отчёта.

Мы не включили цифры из пересказа noi.md от 30 сентября 2026 года (ВВП более −19%, экспорт более −50%), потому что ссылки на первоисточник нет. Автоматическая разметка отраслей и пола в каталоге pmr.md нужно проверить вручную на выборке из 100 карточек, а дата выгрузки списка участников фонда в исходных материалах не указана.

Источники, на которые опирается отчёт:

• Внешняя торговля: ГТК ПМР; первое полугодие 2026 года (сообщение от 26 июня 2026 года): Sputnik Молдова
• Итоги 2025 года: Минэкономразвития ПМР, Infotag
• ВВП 2024 года (4 апреля 2025 года): Новости Приднестровья
• Прогноз на 2026 год (опубликован 17 июня 2025 года): Новости Приднестровья
• Остановка промышленности, январь 2025 года: Ведомости
• Архив: Госстат ПМР, «Социально-экономическое развитие ПМР (окончательные данные) за 2021 год», Тирасполь, 2022, и за 2020 год, Тирасполь, 2021 (mer.gospmr.org); вестники ПРБ: №7 (194), 2015: отчёт за 2014 год, №3 (244), 2021: отчёт за 2020 год, №2 (249), 2022: ВВП 2021 года
• Малые предприятия, данные 2015 года: moluch.ru (Ватаман И. В., Петрова А. И., «Общая характеристика функционирования малого бизнеса в экономике ПМР», 2016); данные 2009 года: 1economic.ru (Фёдоров П. П., «Особенности развития малого предпринимательства в Приднестровье», 2009)
• Закон ПМР о развитии и поддержке МСП: mer.gospmr.org; лимит дохода 1,2 млн расчётных уровней в публикациях Госстата за 2015–2017 годы: пресс-выпуск за январь–март 2017 года
• ИП Тирасполя (10 марта 2026 года): novostipmr.com
• Бендеры: доклад главы города, итоги года
• Приднестровские компании в Молдове (26 июля 2026 года): Logos Press
• Налоги для приднестровских компаний, пересказ: Известия; первое чтение (27 марта 2026 года): Sputnik Молдова; позиция правительства ПМР: government.gospmr.org
• Режим чрезвычайного экономического положения: Интерфакс, 20 июля 2026 года; Новости Приднестровья, 18 августа 2026 года: продлён до 12 сентября
• Оценка роли «Шерифа» (19 мая 2026 года): ESP.md; первоисточник, на который ссылается ESP.md: RISE Moldova
• Аналитическая записка автора «Оценка влияния введения НДС и акцизов Республикой Молдова на экономику Приднестровья», апрель 2026 года; в её основе: Правительство ПМР: прогноз социально-экономического развития на 2026 год, Moldpres: анонс законопроекта, 26 февраля 2026 года, Monitorul Fisc.md (ставки акцизов 2026 года)
• Оценка IDIS Viitorul (спад на 18%, ВВП на душу населения 3,8 тыс. $, 2025 год): IPN, 6 февраля 2026 года
• Проект ПРООН «AdTrade»: пресс-релиз от 15 мая 2024 года, шесть кластеров вдоль Днестра, 18 июля 2024 года
• Доля женщин-руководителей в Молдове: Национальное бюро статистики, 3 декабря 2025 года
• Каталог предприятий pmr.md (собран автоматически, март 2026 года)
• Реестр хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение на рынке определённого товара, редакция на 10 сентября 2026 года
• Фонд сбора средств на социальную поддержку граждан ПМР «Вместе ПМР», список участников фонда: vmeste.gospmr.org

01Что известно и чего нет

Любой анализ бизнеса опирается на четыре базовых показателя: число предприятий, ВВП, население и занятость. От того, есть ли по ним свежие данные, зависит, насколько твёрдо можно судить об остальном, поэтому мы начинаем именно с этого. Официальных данных о числе предприятий, ВВП, населении и занятости после 2021 года в открытом доступе нет: публикации Госстата, Приднестровского республиканского банка и Министерства финансов ПМР обрываются на 2021–2022 годах. Свежими остаются только таможенная статистика Государственного таможенного комитета (ГТК) ПМР и сводки Минэкономразвития ПМР о макропоказателях 2025 года, и в них нет данных по отдельным предприятиям. Поэтому мы разделили источники по уровням надёжности: от свежих официальных данных (таможня, итоги 2025 года) через архивные данные Госстата за 2020–2021 годы и реестр доминирующих субъектов до неофициальных списков организаций (каталог pmr.md и участники фонда «Вместе ПМР») и пересказов в СМИ, где методика часто не раскрыта. Чем подробнее вопрос (сколько организаций, какого размера, где), тем ниже уровень надёжности, который нам остаётся (табл. 1). Запросы в ведомства ПМР мы не направляли, отчёт опирается только на открытые данные.

Мы используем четыре пометки: «расчёт автора» — наша экстраполяция, всегда в виде диапазона; «оценка источника» — чужая оценка, методику которой не раскрыли; «в пересказе» — данные, известные только из СМИ; «гипотеза» — вывод, который данными не подтверждён.

Вывод по разделу 1. Надёжны только таможенная статистика и сводки Минэкономразвития ПМР за 2025 год. Число, размер и расположение предприятий мы оцениваем по косвенным признакам, и такие цифры помечены.

02Шок 2025 года и экономика сегодня

Анализ начнём с главного события последних лет: именно его описывают свежие официальные данные. Остановка транзита российского газа в январе 2025 года вызвала худший кризис региона за 25 лет (оценка кишинёвского аналитического центра IDIS Viitorul). Уже 2 января 2025 года остановились все промышленные предприятия, кроме пищевых, а в январе–феврале промышленное производство упало на 52,2% к тому же периоду 2024 года (заявления руководства ПМР). Все опубликованные оценки годового спада мы свели в таблицу 2.

Оценки расходятся от −18% до −27% (рис. 1), потому что источники считают разное: «объём производства» показывает, сколько предприятия произвели, «доходы от реализации» — сколько выручили от продаж, ВВП — сколько произвела вся экономика, а «налоговые поступления» — сколько собрал бюджет. Базой мы берём −19,2% (итог года Минэкономразвития ПМР): к нему близки обе оценки ВВП. Цифра −27% относится только к промышленности и известна со слов премьер-министра, поэтому мы считаем её верхней границей для отрасли, а не общим итогом.

Стоит обратить внимание на разрыв между выпуском и налогами (табл. 2). Выпуск за 2025 год сократился на 19,2%, а налоговые поступления — только на 8,8%, то есть в 2,2 раза меньше. Бюджет потерял заметно меньше, чем производство: государство стало забирать с каждого рубля выпуска больше, и нагрузка на предприятия, которые сохранили работу, выросла (вывод автора). К этому добавилась инфляция: 14,68% за 2025 год, тогда как средняя зарплата выросла лишь на 7%, то есть реальная зарплата снизилась примерно на 7% (расчёт автора, периоды сравнения разные). Прогноз Минэкономразвития ПМР на 2026 год не обещает реального роста и не учитывает молдавский НДС на таможне, поэтому как ориентир он устарел.

Размер экономики до шока мы назвать точно не можем. ВВП 2021 года составил 19 340,8 млн руб. (1 201,3 млн $), а на 2025–2026 годы мы оцениваем его в 68–85% этого уровня (расчёт автора): известны только темпы 2024 и 2025 годов, а за 2022–2023 годы мы допускаем изменение в пределах ±10% в год. Население (463,6 тыс. человек на 1 января 2022 года) сокращалось ещё до шока, а данных о занятости после 2021 года нет. Сам 2021 год плохо подходит для сравнения: ВВП тогда вырос на 25,3%.

Промышленность держалась на двух отраслях: электроэнергетика и чёрная металлургия давали 62,0% стоимости промышленной продукции в 2020 году и 68,0% в 2021 году. Рост выпуска в 2021 году примерно на три четверти обеспечила чёрная металлургия (расчёт автора), так что накануне шока структура не только была узкой, но и стала ещё уже. Обе отрасли зависят от газа и импортного сырья, поэтому остановка транзита ударила именно по ним: в начале 2025 года химическая промышленность потеряла 91%, чёрная металлургия 87%, к маю электроэнергетика 51,5%, а пищевая почти не пострадала (−5%; рис. 2). Цифры относятся к разным периодам, поэтому их нельзя складывать и сравнивать с годовым итогом.

Лёгкая промышленность — случай, где данные не сходятся. По заявлениям руководства, в начале года она потеряла 73,5%, а швейная отрасль по итогам года выросла на 30%, но таможня показывает, что экспорт одежды в 2026 году упал на 44%. Отраслевые оценки остаются заявлениями руководства, и проверить их можно только по таможне.

Вывод по разделу 2. В 2025 году производство снизилось на 19,2%, а налоговые поступления лишь на 8,8%, поэтому нагрузка на работающие предприятия, по нашей оценке, выросла. Спад пришёлся на опорные отрасли (металлургию, химию, электроэнергетику), а пищевая промышленность почти не пострадала. Каким был размер экономики до шока, мы можем назвать лишь в широком диапазоне.

03Внешняя торговля: январь–август 2026 к 2025

Таможенная статистика показывает, как на деле изменились экспорт и импорт: это самый подробный из свежих официальных рядов (данные ГТК ПМР, файл от 10 сентября 2026 года). Внешнеторговый оборот, то есть экспорт плюс импорт, вырос на 4%: с 1 097,2 до 1 145,1 млн $ (табл. 3). Но это не признак оживления. Импорт вырос на 11% (с 824,4 до 917,6 млн $), а экспорт упал на 17% (с 272,8 до 227,5 млн $). Весь прирост оборота дал импорт топлива: он увеличился на 76,1 млн $ (с 392,3 до 468,4 млн $), а оборот в целом вырос только на 47,9 млн $. Если исключить топливно-энергетические товары (и из импорта, и из экспорта), оборот не вырос, а снизился на 2%: с 692,8 до 676,7 млн $.

Дефицит, то есть превышение импорта над экспортом, вырос на четверть: в 2025 году на каждый доллар импорта приходилось 33 цента экспорта, в 2026 году только 25. Почти весь прирост импорта дало топливо: из 93,2 млн $ прироста на него пришлось 76,1 млн $, около 82% (расчёт автора). Топливо (минеральное топливо, включая газ и нефтепродукты) составляет половину импорта, и без него экономика не обойдётся. Теперь о том, куда уходит приднестровский экспорт: данные по направлениям даны в таблице 4.

В 2026 году экспорт упал почти по всем направлениям (табл. 4; ЕАЭС — Евразийский экономический союз, куда входит Россия), а доля Молдовы выросла только потому, что остальные рынки сократились сильнее.

• Молдова. Остаётся крупнейшим покупателем: 53,2% экспорта (год назад 49,3%). Но продаж стало не больше, а меньше: экспорт туда снизился на 10%, со 134,4 до 120,9 млн $. В 2020 году доля Молдовы была 42,9%, в 2021 году 31,8%, так что зависимость от молдавского рынка сейчас выше, чем до шока.
• Евросоюз. Экспорт сократился на треть, на 32,7 млн $, и почти весь спад дали металлы: их поставки упали с 66,8 до 38,3 млн $, то есть на 28,5 млн $, около 87% снижения (расчёт по данным ГТК). Остальные товары упали слабее (−13%), а текстиль вырос на 32%. Из трёх крупнейших стран ЕС растёт только Италия.

Откуда взялся спад, показывают товарные группы (рис. 3): он сосредоточен в металлах и электроэнергии, а продовольствие и сырьё выросли.

Спад экспорта на 45,3 млн $ почти целиком складывается из металлов (−33,4 млн $) и электроэнергии (−12,0 млн $), которую прежде продавали в Молдову. Продовольствие и сырьё выросли на 6%, а поставки в Молдову на 14%: пищевая промышленность оказалась устойчивее остальных.

В импорте 47,9% (439,2 млн $) пришлось в 2026 году на товары без указания страны происхождения, и из этой суммы 438,5 млн $ составляет топливо. Прямой импорт из России при этом упал на 69%; это похоже на поставки газа через посредников, но прямо файл этого не подтверждает. Поэтому доли стран нужно считать от импорта с указанной страной: так доля ЕС составляет 32,6% (в 2025 году 34,7%), то есть почти не изменилась, хотя в долларах поставки из ЕС сократились на 20%. Заметнее всего изменилась доля ЕАЭС: она упала вдвое.

Две цифры раздела читаются только с оговорками. Доля ЕС в экспорте в аналитических публикациях составляет 57–83%, в таможенном файле 29,7%: таможня считает по стране назначения, а аналитики по экспорту компаний, зарегистрированных в Молдове, поэтому цифры сопоставлять нельзя. А экспорт в первом полугодии 2026 года снизился лишь на 4% (Sputnik Молдова, данные, вероятно, предварительные), в январе–августе уже на 17%: спад, вероятно, резко ускорился после введения НДС на таможне 1 июля. По нашему расчёту экспорт 2026 года составит 350–375 млн $ при 436 млн $ в 2025 году.

Вывод по разделу 3. В январе–августе 2026 года экспорт упал на 17% и составляет лишь 24,8% от импорта. Спад дали металлы и электроэнергия, продовольствие выросло, а доля Молдовы в экспорте поднялась до 53,2%: экономика сжалась и сместилась к Молдове.

04Кто в бизнесе: число, размер, места, люди

Единого реестра, по которому можно назвать число организаций, нет, поэтому мы считаем его двумя способами: по официальной динамике до 2020 года и по сопоставлению двух неполных открытых списков. Оба дают примерно один результат (табл. 5, рис. 4).

Где кончаются подтверждённые данные (серые столбцы) и начинаются наши оценки (синие, светлая часть — разброс), видно на рисунке 4.

Первый способ опирается на официальную статистику: последняя подтверждённая цифра по малым организациям относится к 2020 году: 3 924 против 4 337 в 2014 году (−9,5%). ИП в те же годы стало больше (27 469 в 2020 году, +14% к 2018 году): вероятно, малые юридические лица закрываются или переходят в ИП, потому что патент и упрощённая система налогообложения дешевле и проще. Второй способ опирается на каталог pmr.md (826 компаний, март 2026 года) и список участников фонда «Вместе ПМР» (700 организаций). Общих у них только 125, поэтому каждый список неполон: многие организации не попали ни в один из них. Чем меньше общая часть, тем больше таких организаций, и по этой логике расчёт даёт от 3 700 до 4 600 организаций без ИП, то есть около 4 тыс. Независимой проверкой служит 2020 год: 3 924 малые организации и около 200 остальных, вместе около 4 100.

Малый бизнес региона — это прежде всего торговля: в 2015 году в ней и в общепите работали 77% малых организаций. Финансового запаса почти нет: в 2020 году 43,3% малых и средних предприятий не получили положительного финансового результата. С 2026 года социальные платежи ИП на специальных режимах выросли на 62,5% (с 272 до 442 руб. в месяц), поэтому мы ожидаем сокращения числа ИП (вывод автора). Порог крупного предприятия в ПМР (свыше 100 работников) ниже европейского (средним в ЕС считается предприятие до 249 работников), поэтому прямое сравнение с молдавской и европейской статистикой некорректно.

Бизнес сосредоточен в Тирасполе и Бендерах: в 2015 году они давали около 61% малых организаций, в каталоге 2026 года около 81%. Каталог преувеличивает вес Тирасполя и торговли (в нём размещаются те, кто сам захотел), поэтому реальная концентрация лежит между этими оценками. Рыбница держится на двух заводах: Молдавский металлургический завод (ММЗ) давал 81% промышленной продукции района в 2022 году, а цементный комбинат 12,1%. В Бендерах в 2024 году около 15% малых и средних организаций приостановили работу.

О крупном бизнесе мы судим по официальному реестру доминирующих субъектов: в нём 85 организаций, 19 из них государственные или муниципальные (почти все в услугах: похоронные службы, лифты, транспорт, связь). Реестр показывает, где выбор контрагентов ограничен: сортовой прокат, цемент, электродвигатели и кабель, ключевые пищевые категории, связь, розничное топливо. Здесь стоит заранее проверять условия поставки и зависимость от одного источника.

О руководителях по полу мы можем судить только по каталогу: женщины возглавляют 40% организаций, но эта цифра складывается из двух противоположных групп. В некоммерческом (74%) и государственном (68%) секторах преобладают женщины, а в коммерческих организациях их лишь 26%. В Молдове, по оценке Национального бюро статистики, женщины возглавляют 3 из 10 предприятий. Переносить эти цифры на всю экономику нельзя: пол определён по отчеству, а крупные предприятия и ИП в каталоге представлены слабо.

Вывод по разделу 4. Организаций без ИП около 4 тыс., ИП 27,5–29,5 тыс.; малый бизнес — это торговля почти без финансового запаса. Бизнес сосредоточен в Тирасполе и Бендерах, а крупные районы держатся на одном-двух заводах. Реестр показывает, где выбор контрагентов ограничен. Условия работы с внешними контрагентами теперь определяет молдавский налог.

05Налоговый перелом Молдовы и риски для бизнеса

Условия работы этого бизнеса меняет налоговая реформа Молдовы. Молдавский НДС и акцизы вводятся на таможне до продажи товара (с 1 июля 2026 года для части товаров, затем для всё более широкого перечня), а возврат налога экспортёрам деньгами планируется только с 2027 года, поэтому какое-то время предприятие фактически кредитует государство за свой счёт. Законопроект прошёл первое чтение в парламенте Молдовы 27 марта 2026 года; об окончательном принятии сообщают только «Известия» (российское издание, включённое ЕС в санкционный список), поэтому статус закона указан по их сообщению. Хронология в таблице 6 взята из нашей аналитической записки (апрель 2026 года), а не из текста закона.

Самое уязвимое место хронологии находится между 2026 и 2027 годами: налог уплачен в 2026 году, а деньгами вернётся не раньше января 2027 года. В Фонд конвергенции, задуманный как фонд для проектов в самом регионе, с 1 августа 2026 года направляются поступления от выравнивания налогов, но порядок распределения пока не определён, и неясно, можно ли использовать их для пополнения оборотных средств предприятий.

Чтобы получить право на вычет, компания должна постоянно зарегистрироваться в Агентстве государственных услуг Молдовы, вести электронные накладные (e-factura), ежемесячно подавать декларацию и нанять специалиста по молдавскому налоговому праву; регистрация требует 1–2 месяцев ожидания, около 2 000 леев и юридического адреса на правом берегу Днестра. На 30 июня 2026 года постоянную регистрацию имели 461 из 2 492 приднестровских субъектов, зарегистрированных в Молдове (18,5%). За первое полугодие 2026 года её получили лишь 9 субъектов, поэтому число компаний с правом на вычет быстро не вырастет. Для остальных НДС при ввозе становится безвозвратным расходом.

Тяжелее всего придётся тем, кто ввозит сырьё или товар, но не имеет права на вычет (все цифры ниже — наши расчёты). Для дистрибьютора с оборотом 1 млн $ и маржой 15% НДС при ввозе составит около 170 тыс. $, это больше его годовой прибыли. У переработчиков с импортным сырьём между уплатой НДС и зачётом проходит 180–270 дней, а банковские кредиты для покрытия разрыва ограничены. У ММЗ при импорте сырья на 50–100 млн $ в год отвлечённый капитал составит 10–20 млн $. Для экспортёров в целом это около 134–140 млн $ оборотного капитала в 2026 году.

Кроме налогов, риски создают зависимость от газа (топливо составляет 51% импорта), инфляция (14,68% в 2025 году) и режим чрезвычайного экономического положения. Он действует с декабря 2025 года и продлевается ежемесячно; по состоянию на 15 октября 2026 года последнее известное нам продление действует до 12 сентября 2026 года, о более позднем решении в открытых источниках сведений нет. Тем, кто работает с приднестровскими компаниями, также нужно проверять бенефициаров и санкционные ограничения: часть товаров ПМР Молдова классифицирует как товары двойного назначения.

Вывод по разделу 5. Молдавский налог превращает НДС из транзитного платежа в кредит государству: налог уплачивается на таможне в 2026 году, а деньгами вернётся не раньше января 2027 года. Тяжелее всего придётся предприятиям, которые ввозят сырьё или товар и не имеют права на вычет; такое право есть лишь у 18,5% приднестровских субъектов, зарегистрированных в Молдове.

06Выводы для тех, кто работает с приднестровскими компаниями

Главный практический вывод для компаний из Молдовы и ЕС: устойчивее других оказалась пищевая промышленность. Самый тяжёлый риск нехватки оборотных денег несут предприятия, которые ввозят сырьё или товар и не имеют права на вычет НДС.

1. Экономика держится на немногих отраслях. Две отрасли давали 68% промышленного выпуска (2021), в реестре доминирующих субъектов 19 из 85 организаций государственные или муниципальные, а бизнес сосредоточен в коридоре Тирасполь–Бендеры; в районах экономика держится на одном-двух заводах, прежде всего в Рыбнице.
2. Точных чисел нет. Около 4 тыс. организаций без ИП и 27,5–29,5 тыс. ИП — это расчёты по неполным данным, а не официальные цифры; ВВП, население и занятость после 2021 года мы точно назвать не можем.
3. Внутренний рынок слабый. Объём производства упал на 19,2%, инфляция составила 14,68%, население сокращалось ещё до шока, поэтому перспективы лучше у тех, кто продаёт за пределы региона.
4. Торговля сместилась к Молдове. Молдова получает 53,2% экспорта, ЕС — 29,7%. Металлы упали на 39%, продовольствие выросло на 6%. Экспорт составляет теперь лишь 24,8% от импорта.
5. Налог — это вопрос оборотных денег. Полное выравнивание налогов с молдавскими намечено на 2030 год, возврат налога деньгами — на 2027 год, а право на вычет есть лишь у 18,5% приднестровских субъектов, зарегистрированных в Молдове.

Из этих выводов складываются возможные форматы сотрудничества (таблица 7).

Все строки таблицы 7 — гипотезы для проверки, а не выводы из данных. Перед тем как строить на них планы, нужно проверить три вещи: текст закона на сайте парламента Молдовы; методику расчёта доли ЕС в экспорте; контрагентов по доступным реестрам (для компаний с молдавской регистрацией это registrul.md, date.gov.md и платформа Datero.md; для остальных открытых реестров нет).

+Приложение. Расхождения в источниках и основные источники

Выводы опираются на цифры, которые в разных источниках расходятся (таблица 8), а затем перечислены основные источники. Полная версия отчёта содержит больше таблиц, рисунков и расчётов, а также полный список источников.

Мы не включили цифры из пересказа noi.md от 30 сентября 2026 года (ВВП более −19%, экспорт более −50%), потому что ссылки на первоисточник нет.

Основные источники:

• Внешняя торговля: ГТК ПМР; первое полугодие 2026 года (сообщение от 26 июня 2026 года): Sputnik Молдова
• Итоги 2025 года: Минэкономразвития ПМР, Infotag
• Архив: Госстат ПМР, «Социально-экономическое развитие ПМР (окончательные данные) за 2021 год», Тирасполь, 2022, и за 2020 год, Тирасполь, 2021 (mer.gospmr.org); вестники ПРБ: №7 (194), 2015: отчёт за 2014 год, №3 (244), 2021: отчёт за 2020 год, №2 (249), 2022: ВВП 2021 года
• Приднестровские компании в Молдове (26 июля 2026 года): Logos Press
• Налоги для приднестровских компаний, пересказ: Известия; первое чтение (27 марта 2026 года): Sputnik Молдова; позиция правительства ПМР: government.gospmr.org
• Режим чрезвычайного экономического положения: Интерфакс, 20 июля 2026 года; Новости Приднестровья, 18 августа 2026 года: продлён до 12 сентября
• Оценка IDIS Viitorul (спад на 18%, ВВП на душу населения 3,8 тыс. $, 2025 год): IPN, 6 февраля 2026 года
• Доля женщин-руководителей в Молдове: Национальное бюро статистики, 3 декабря 2025 года
• Каталог предприятий pmr.md (собран автоматически, март 2026 года)
• Реестр хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение на рынке определённого товара, редакция на 10 сентября 2026 года
• Фонд сбора средств на социальную поддержку граждан ПМР «Вместе ПМР», список участников фонда: vmeste.gospmr.org